История культуры Ленского района (Советский довоенный период и военные годы)

Первомайская демонстрация в Витиме. 1938 год. В 1919 году в Мухтуе и в Витиме, согласно документам Национального архива РС(Я), были организованы так называемые культурно-просветительные кружки народного дома. Неясно, какие функции они выполняли и работали ли вообще в первые годы послереволюционной неразберихи. Во всяком случае, во время гражданской войны никакая культурная работа с населением не велась (закрылись даже многие школы), а кружки, скорее всего, существовали лишь на бумаге.

Лишь после окончания гражданской войны, в 1922 году, Советская власть серьёзно подошла к организации учреждений культуры в Ленском округе. Именно тогда в Мухтуе за счёт населения и пожертвований построили здание народного дома, где были организованы различные кружки. Открылся народный дом и в Витиме.

4 июля 1922 года постановлением Совнаркома ЯАССР был образован Ленский округ с административным центром в селе Мухтуя. В округ вошли волости: Мухтуйская, Витимская, Нюйская и Сунтаро-Олёкминская. На территории образованного округа в 1922 году проживало 6234 человека, в том числе в Мухтуе – 283. Для сравнения, в центре Сунтаро-Олёкминской волости – Беченче – тогда жили 322 человека, а в Витиме – 507.

К концу же 1922 года в округе на средства населения содержалось уже четыре народных дома в Витиме, Мухтуе, Нюе и Жербе, взятых на учёт политпросветом.

В сентябре 1922 года в новую «столицу» территории – Мухтую для создания административно-хозяйственного аппарата прибыл уполномоченный НКВД ЯАССР Пётр Поликарпович Красин. 20 сентября 1922 года он издал приказ №1 об образовании окружного ревкома. В ревком вошли отделы народного просвещения, народного здравоохранения, юстиции, земельный, военный, статистический. Во главе ревкома стоял президиум из трёх человек под председательством самого Красина.

1 октября 1922 года при окружном ревкоме был образован отдел народного образования. Первое время должность заведующей ОНО исполняла Р. И. Цугель-Аммосова.

Культпросветучреждения подчинялись народному комиссариату просвещения. За время гражданской войны дело народного образования в Ленском округе пришло в упадок. Школы Киренским уездом ничем не снабжались, ремонт не производился. Работающие прежде учителя с каждым годом разъезжались кто куда, попросту разбегались, не получая материального обеспечения и поддержки властей. И если до революции на территории округа работали 18 школ, в октябре 1922 года советской властью было взято на учёт девять педагогов и с помощью их открыто лишь семь школ с общим количеством 346 учеников.

«Оборудование помещений плохое, – отчитывалась Р.И.Цугель-Аммосова 2 ноября 1922 года. – Образовательный ценз учащих ниже среднего… Ощущается недостаток чернил, перьев, детских букварей на якутском языке, руководящих пособий, мелу совсем нет. В общем, занятия в этом году будут проведены кое-как, без плана и программы.

В будущем году необходимо:

1. В Ленокруг бросить не менее 10 учителей для воссоздания старых школ и оборудования существующих.2. Летом провести инструкторские курсы в Якутске для обновления знаний старых учителей. 3. Отпустить или изыскать средства для постройки новых помещений в сёлах: Жербе, Наторе и др. из заготовленного уже крестьянами леса. 4. Принять меры к открытию пансионов при школах, обслуживающих инородческое население. 5. Открыть на весь округ в Мухтуе школу II ступени с социально-экономическим уклоном и поставленным при ней пансионом. 6. Принять меры к постановке сельскохозяйственной школы в Нюе. 7. Увеличить программы школ Нюи и Беченчи до семи групп первой ступени; Витиме и Мухтуе – второй ступени. 8. Послать программы пособий, учебников на якутском языке и главное, людей, по преимуществу владеющих инородческим языком. 9. Откомандировать хорошего заведующего отделом народного образования».

«Глубоко в памяти сохранились первые годы становления Советской власти в Ленском округе, – вспоминала Р.И.Цугель-Аммосова, – центром вновь присоединённого к молодой автономной республике округа было небольшое село Мухтуя. Несколько десятков построек с выкрашенными белыми ставнями – жалкая деревушка, церковь, два небольших магазина.

И тогда были смелые люди, которые пошли за Советской властью, были помощниками партийного бюро, которое я возглавляла. Активно помогали в борьбе с бандитами, защищая Советскую власть. После проведения первой окружной партийной конференции и Окружного съезда Советов я была избрана от Ленского округа делегатом на первую партийную областную конференцию и первый Всеякутский съезд Советов».

За годы гражданской войны пришли в упадок и прекратили свою работу многие учреждения округа, в их числе Витимская и Мухтуйская народные библиотеки. Где-то новой власти пришлось восстанавливать культурную жизнь в сёлах и деревнях, где-то – начинать с нуля.

«Во всём округе нет ни одной избы-читальни, библиотеки и школы для взрослых, – говорится в «Отчете о деятельности народного образования Ленского округа с 1 октября по 1 ноября 1922 года». – На средства населения содержится 4 нардома,в селениях Витим, Мухтуя, Нюя и Жерба. Прежде эти дома находились в ведении так называемых кружков народных домов. В настоящее время политпросветом взят на учёт инвентарь нардомов, при них организованы культурно-просветительные кружки. Увеличен нардом села Мухтуя за счёт населения и пожертвований, при нём открыта центральная библиотека-читальня, составленная из книг школьной библиотеки и частных граждан. Приступили к организации школы для взрослых силами местных учителей и служащих. Открыта читальня в Нюе силами культпросвета и ячейки РКП…Край не тронут, особенно инородческое население. Люди ищут света…»

Люди действительно искали света. Уставшие, разуверившиеся во всём, они искали хоть какого-то просвета в затянувшихся драмах, противоречиях и тяготах чёрного лихолетья, в раздрае классовой борьбы и неразберихе лозунгов. Кому верить? На что опереться? Надолго ли пришли к власти большевики? Насколько серьёзно то, что они говорят и обещают?

А новая власть не только обещала, но и действовала, применяя и кнут, и пряник. В Ленокруге, территория которого была шире ныне существующих границ района, повсюду создавались ячейки РКП (б), молодёжь организовывалась в первые комсомольские ячейки. Бил ключом энтузиазм борцов за народную власть, ряды которых росли. Они провели «неделю достояния» красноармейцев со сбором пожертвований в пользу бойцов Красной Армии, организовали «неделю просвещения», со спектаклями и концертами, восторженно праздновали пятую годовщину Октябрьской революции, устраивали чтения статей из партийных журналов, ставили вопрос об «упразднении безработных», расхищающих Советское государство … Новая власть словом и делом влияла на умонастроения населения округа. Впрочем, среди большинства местных жителей – крестьян-обывателей – проводить политическую работу и агитацию было не так-то легко.

В ноябре 1922 года в Витиме прошла так называемая неделя просвещения. Открылась она митингом 11 ноября в народном доме. Ораторы говорили о значении просвещения, об образовавшейся Якутской автономной советской социалистической республике. Завершилось мероприятие декламацией и танцами. 18 ноября любители сценического искусства поставили для учащихся и детей дошкольного возраста пьесу «Смотрины купеческой невесты». Школьники приняли участие в декламациях, играх и танцах. Детей – и зрителей, и артистов – от души напоили чаем с выпечкой и даже конфетами. На детский праздник не поскупились, истратив 3 пуда 10 фунтов муки сеянки, 13 фунтов сливочного масла, 36 фунтов сахара и 9 фунтов конфет. Напекли и хлеба, и пряников. Угостили не только детишек, но и взрослых, принимавших участие в постановке детского спектакля.

Среди архивных документов, касающихся Ленского района периода 20-х годов, сохранилось любопытное доказательство пробуждения общественного сознания у местного населения, общественной жизни старого русского села. Это материалы «устной» или «живой» газеты, которая выпускалась в Витиме в 1922-1923 годах.

Один из первых документов живой газеты с заголовком «Призыв» написан простым карандашом, разборчивым крупным почерком. Это своего рода манифест редакционной коллегии, представляющей, судя по всему, местный орган Советской власти. В «Призыве», в частности, говорится:

«Пусть наша газета будет трибуной для начинающих работников, их школой и школой не только культурно-просветительного кружка, но и всего Витима и даже Ленокруга. Пусть наша газета отражает нашу жизнь, её радости и горести и в настоящее тяжёлое время голода Ленского округа пусть призовёт всех на борьбу с наступающим царь-голодом, пусть наша газета поучает и просвещает наше общество и пусть пробудит витимцев от вечной спячки, пусть сбросит со всех иго обломовщины...

Интеллигенция, отряхнитесь от обывательщины и помогите газете. Пишите все, пишите всё, что вас волнует, не стесняясь формой и изложением, так как редакционная коллегия поможет вам. Учитесь и учите!».

Как и во всякой газете, вВитимской имелись свои рубрики, находили место материалы разных жанров. «Живая газета» информировала своих слушателей о событиях дня.

«Хроника. 8 декабря 1922 г. в селе Витим организовался культурно-просветительный кружок, в который записалось 56 человек... Кружок разбился на секции музыкальную, сценического искусства, литературную, танцевальную, пения. Литературной секцией 8 декабря устраивается вечер...

Восьмого декабря отправлена первая почта в гор. Киренск в количестве тридцати пудов с военной охраной»... и так далее.

Автор хроники – Фирс Курганов. Судя по архивным данным, преобладающими в газете были материалы сатирические. Например, фельетон в стихах под заголовком «Местное». Текст его отпечатан на машинке. Автор Иннокентий Ружицкий, пользуясь стилем раёшника, рассказывает о конкретном случае – собрании жителей Витима. На собрании выступил с агитационной речью, призывающей крестьян рубить дрова для Якутска, председатель Ленского окрревкома Пётр Поликарпович Красин. Автором фельетона подмечены характерные черты жизни села того переломного периода. Подчёркивается политическая пассивность жителей. Собрать их нелегко: «Если митинг – не идут, а спектакль – тут как тут». Вот почему Красин «надумал» созвать митинг-концерт. Собрание началось.

«Объяснил он положение про военно-политическое и про хлебное критическое. А потом стал говорить, где и как нам хлеб добыть. «Чтоб вам голодом не быть, надо всем дрова пилить». Стали все тут говорить, что, мол, не в чем нам ходить. Мы все ходим кое-как, а ты ходишь, брат, в унтах. Да, у Красина унты, но ведь если разобраться – прямо смех, ведь одними-то унтами не оденешь всех!»

Все объяснения и призывы представителя Советской власти на первых порах действия не возымели. Разошёлся народ по домам. И, наверное, замечает автор, каждый думал о времени, когда «святой народ» жил безбедно за счёт извоза. Но воспоминаниями сыт не будешь. «Да и впрямь придётся, паря, нам дрова рубить», к такому выводу подводит автор читателя.

Среди точных примет времени – история с попом, пересказанная опять-таки в раёшном стиле. «Витимское радио (издатель тётка Акулина)» якобы сообщило (разумеется, ни о каком настоящем радио в селе тогда и не помышляли, здесь используется как бы эстрадная форма прямого разговора со слушателями):

«В с. Витиме, по бабьим достоверным сплетням, известно, что какой-то ревизор снял все ризы с попа, ему, бедному, послужение относить не в чем, остался в одних старых штанах» и т. п. Этот фельетон подписан Ишуткиным, чья фамилия встречается в газете чаще других, в том числе и под псевдонимом «Старый борец».

По существу своему витимская «живая газета» больше всего подходила под разряд стенных газет. Отличие её лишь в том, что доводилась она до сведения жителей устным путём, с помощью форм клубной работы (отсюда и название её живая газета).

По поводу возникновения подобных «газет» А. М. Горький в своё время писал: «Создана совершенно своеобразная пресса, до пустяковых мелочей внимательная к жизни рабочих и крестьян... сами рабочие учатся писать по вопросам быта, вопросам развития продуктивности труда... самокритика рабочих красноречиво говорит о повышении их чувства собственного достоинства, о росте их культурных запросов, о стремлении к знанию». Под углом зрения этих слов становится ясно истинное значение витимской «живой газеты» 20-х годов.

8 декабря 1922 года в Витиме заработал культурно-просветительный кружок. В отчёте Р. И. Цугель говорится, что он был образован ещё в 1919 году, но, по всей видимости, в годы гражданской войны не работал и был основательно забыт. Настолько, что пришлось создавать его заново. На представителей местной власти обрушился шквал инструкций, приказов, предписаний и рекомендаций по строительству новой жизни. Получается, что отсчёт становления культуры Ленского района как государственной деятельности следует вести именно с 1922 года.

12 декабря 1922 года Витимская партийная ячейка вынесла постановление праздновать 15 декабря свержение Колчака в Сибири. Праздник решили открыть митингом, на котором рассказали, как был свергнут в Сибири колчаковский режим, и попутно проинформировали собравшихся об экономическом и политическом положении ЯАССР. Мероприятие закончилось вечеринкой с танцами, песнями, играми, хороводами и даже чаепитием как было сказано в протоколе, «путём сбора пожертвований».

В конце 1922 года новый заведующий окружным отделом народного образования Константин Беспалов призвал витимцев «к дружной и продуктивной работе всех членов культурно-просветительного кружка». Первый заведующий Витимского народного дома П. П. Либгольд развернул здесь широкую культурно-агитационную деятельность. 24 декабря силами культурно-просветительного кружка, витимских школьников и учителей здесь был подготовлен спектакль «Светит, да не греет». Несмотря на платный вход, тщательно разрекламированную постановку пришли посмотреть 160 сельчан от мала до велика. Казначей А. А. Казаков на входе принимал оплату денежными знаками и мукой, поскольку деньги были не у всех. В итоге за спектакль выручили 1310 рублей и 7 пудов 11 фунтов муки. Появившуюся «валюту» тут же пустили в дело: три пуда муки было уплачено крестьянину Сычёву за три сажени дров, один пуд 20 фунтов – ему же за ремонт 15 скамей и постройку крестца на сцену. Мукой же заведующий расплатился за работу уборщиц, за игру музыкантов, за приобретённые в торговом пункте Наркомторгпрома оконные и ламповые стёкла, свечи, керосин, гвозди и прочее.

1 января 1923 года Витимский народный дом пригласил сельчан на бесплатное мероприятие, включавшее модные по тем временам декламации, а также танцы и игры, организованные кружком молодёжи. 8 января любители художественной самодеятельности подготовили новый платный спектакль «Вихрь». Мероприятие собрало 175 сельчан. Далее последовали: 12 января – повторный бесплатный вечер отдыха кружка молодёжи; 14 января – платный вечер миниатюр, танцев и игр, подготовленный военными; 15 января – бесплатный спектакль для детей «Царевна Горошина», поставленный школьниками и собравший рекордное количество зрителей – 230 человек; 16 января – повторение этого же спектакля, но уже за плату, для взрослых; 17 января – маскарадный вечер; 19 января – повторный платный спектакль «Светит, да не греет»; 28 января – вечер отдыха кружка молодёжи, включающий два водевиля «Присяжный поверенный» и «Вековая Люда», дивертисмент, розыгрыш в лотерею бутылки спирта и игры… Выручку от спектакля «Вихрь» и вечера военных передали в пользу Красной Армии, выручку от спектакля «Принцесса Горошина» – школьникам, а остальные средства – денежные знаки и мука – в пользу народного дома, на приобретение дров, керосина и ремонт.

В честь Рождественских праздников учителя Витимской школы организовали для учащихся и детей дошкольного возраста 13 января ёлку с чаепитием и угощениями.

В марте 1923 года заведующим народным домом назначили М. С. Горовацкого. Моисей Соломонович принял от П. П. Либгольда остаток муки и денег, вырученных за билеты, и продолжил подготовку и проведение культурно-агитационных мероприятий в Витиме.

8 марта 1923 года в здании Витимского народного дома собралось не менее сотни сельчан на митинг и очередной выпуск «Живой газеты».

В Национальном архиве РС(Я) сохранился экземпляр «Живой газеты», рассказывающий о том, как активисты новой, народной власти в Витиме использовали в своей агитационной работе среди населения живое слово устной газеты.

«Пусть наша газета отражает нашу жизнь, её радости и горести... Пусть поучает и просвещает наше общество и пусть пробудит витимцев от вечной спячки», – говорится, в частности, в призыве организаторов газеты к жителям села.

Среди материалов устной газеты есть свидетельство участника первого собрания молодёжи старинного села, написанное в весьма живой форме. Вот отдельные выдержки из него:

«Я иду из народного дома вечером, после собрания витимской молодёжи и думаю как это так? Неужели молодёжь не крестьянская, не трудовая? Нет, крестьянская, подсказывает кто-то во мне.

В таком случае, почему же так пассивна и усмешлива ко всему сегодняшнему? спрашиваю у своего таинственного собеседника...

И вспоминается последний вопрос:

Желающих записаться в Союз нет?

И решительный ответ из публики «нет».

И опять едва сдерживаю себя от волнений... Вопрос трудный и сложный...

Что делает этим сама себе молодёжь?

Вред, да и только, ибо отвёртывается от той жизни, к которой стремится всё в мире.

Да она понимает всё это?

Наверно уж понимает, нет, хотя, не может быть, чтобы понимала да и не шла в Союз...»

Под этим живым рассказом стоит подпись «Посельский».

По поводу того собрания 8 марта 1923 года в «живой газете» выступил один из старых коммунистов под псевдонимом «Старый борец». По всей видимости, речь в этой заметке идёт об учителе Аркадии ФирсовичеЛомовицком:

«8 марта в зале нардома после проведённого международного дня работника осталась молодёжь. Приезжий тов. Богельский представитель Союза молодёжи ознакомил присутствующих с целью собрания... Когда избрали президиум, все избранные в президиум и секретариат разбежались...

Они испугались света, ибо привыкли к тьме. Несчастные, вы бежите от жизни. А главное, вы не можете прямо смотреть на свет жизни...

С призывом выступает старый учитель, не утерпело стариковское сердце. Он обращается к своим воспитанникам очевидно, сказать им последнее слово правды. Он волнуется, тяжело ему, но правду сказать необходимо...

Нам кажется, молодёжь поняла своего старого дорогого учителя...

Собрание закончено пением «Интернационала». Есть надежда на лучшее будущее витимской молодёжи».

Так совершался перелом в сознании крестьянских парней и девчат под напором новой власти.

12 марта 1923 года в народном доме витимцы с удовольствием посмотрели два новых спектакля – «Жорженька» и «Свинья виновата», завершившиеся танцами. Мероприятие посетило 170 человек. 15 марта митинг памяти Маркса почтил своим присутствием сам председатель Ленского окружного ревкома Пётр Поликарпович Красин, который пожертвовал в фонд народного дома два пуда муки – валюту более действенную, нежели денежные знаки, поскольку крестьяне за услуги, оказываемые учреждению, предпочитали брать мукой – так оно было надёжнее. Пуд муки обменивался на сажень дров, столько же брал водовоз за доставку воды в течение месяца, то же количество – дворник за расчистку снега. Поэтому Моисей Соломонович предпочитал деньги, вырученные от продажи билетов, пускать на приобретение надёжной валюты – муки из расчёта 40 рублей за пуд.

18 марта народный дом пригласил сельчан на новое «увеселение» – спектакль «Разбитое сердце», водевиль «Трагик поневоле» и митинг памяти Парижской коммуны…

Ленская комсомольская организация в отличие от Якутской, Олёкминской и Вилюйской возникла на два-три года позднее. Это можно объяснить тем, что до 1922 года Мухтуя как административный центр была малоизвестна, а Витим таковую функцию утратил. Две части территории Ленского округа до 1922 года подчинялись двум административным центрам двух областей, независимым друг от друга. Жители якутской национальности, проживающие вдоль Лены от деревни Жерба до деревни Серкино, подчинялись Якутской области, а русское население, проживавшее на противоположной стороне Лены, относилось к населению Киренского уезда Иркутской области. Это, конечно же, способствовало и национальной разобщенности.

9 апреля Витимский народный дом пригласил сельчан на платный спектакль «Крестьяне». Публики собралось 220 человек, клубные работники заработали один пуд муки и 563 рубля, из них 502 отдали волостной комиссии в пользу раненых, пострадавших от Пепеляева. 11 апреля здесь же прошёл танцевальный вечер, 13 апреля – очередной выпуск «Живой газеты», 14-го и 15-го – танцевальные вечера, 17-го – митинг, «Живая газета» и танцы; 18-го – собрание женотдела; 22-го – собрание женщин и общее собрание с антирелигиозной беседой и пьесой «Красный цветок»…

Окружная комсомольская организация значительно выросла в год Ленинского набора в комсомол – 1924-й. Были созданы Чамчинская, Беченчинская, Первая Нерюктейская и другие комсомольские ячейки. Окружная организация комсомола за три месяца 1924 года выросла до 45 человек. Оживилась работа РКСМ после XIII съезда РКП(б), который состоялся 23 – 31 мая 1924 года. В резолюции съезда «О работе среди молодежи» говорилось о необходимости шире вовлекать в комсомол крестьянскую молодежь. Работа в деревне была признана одной из центральных задач комсомола.

К концу года в 11 ячейках округа насчитывалось уже 88 членов и кандидатов в члены РКСМ, в том числе 27 девушек. Комсомольцев привлекали к проведению политических кампаний и агитационно-массовой деятельности. Окружной комитет проводил большую организационную и культурно-просветительскую работу.

В январе по всему округу прошла кампания годовщины смерти Ленина. В Витиме с этой целью было прочитано 13 докладов, большинство из которых сопровождались постановкой революционных пьес. В конце февраля в Витиме открылась школа-передвижка на 25 человек для обучения политграмоте. Витимская библиотека в то время получала через окружной комитет газеты «Правда», «Беднота», «Безбожник», «Крестьянская газета», «Автономная Якутия», «Известия», «Экономическая жизнь», журнал «Работница», центральный и якутский «Вестники РОСТА». Кроме того, в селе выпускалась стенная газета «Профголос».

В первые годы советской власти, вплоть до начала 30-х годов, Витим продолжал оставаться самым крупным населённым пунктом и негласным центром Ленского района, несмотря на то, что функции «столицы» с 1922 года перешли к Мухтуе. Поэтому и культурная жизнь в Витиме была ярче и насыщеннее. И всё же со временем центр культуры переместился в Мухтую.

В 1922 году в Мухтуе было построено здание для народного дома. Согласно архивным данным, организован Мухтуйский нардом был любителями драматического искусства при содействии окружного ревкома и находился в ведении окружного отдела народного образования. При нардоме в 1922 году имелась библиотека, читальня, школа для взрослых, общество драматического искусства, школа танцев, хоровая и музыкальная секции. В 1922 году в помещении нардома прошло четыре спектакля и четыре митинга.

«Здание это представляло собой большой сарай, иначе не скажешь,– вспоминала У. И. Шабанова, – старое, засыпное. Внутри фойе, партер, боковые ложи, сцена, галёрка. В партере стояли скамейки со спинками по обе стороны, меж скамейками посередине – проход. В ложах были табуретки, на галёрке – просто лавки. В конце 1920 – начале 30-х годов уже существовала художественная самодеятельность, организаторами которой были учителя. Привлекались местная молодёжь, школьники. К праздникам готовились концерты. Они начинались после торжественного доклада. Читались стихи, пелись песни, частушки под гармошку, балалайку, мандолину. Исполняли русские танцы и завершали всё представление пирамидой. Парни выстраивались друг на друга в два-три яруса, в третьем всегда оказывался мальчишка, который произносил четверостишие. Зал бурно аплодировал. Народу всегда набивалось много. После концерта устраивались танцы.

За чистотой следила Арина Серкина, которая жила при нардоме с детьми. Полы были не крашены, но всегда чисто вымыты, лампы заполнены керосином, стёкла вычищены, помещение натоплено.

Работа в нардоме велась в основном зимой: летом работали на полях.

При нардоме работала изба-читальня. Сельсовет выписывал газету «Автономная Якутия», были разные книжонки, собранные у населения. Сюда приходили читать газету, узнать новости. Появилось немое кино – «живые картины». Диво! Электричества не было, приходилось вручную крутить динамо-машину. В Мухтуе так и говорили: «Сегодня кино крутить будут». Фильмы привозились редко, сеанс был всегда один. Потом появилось фортепиано, и во время показа кто-то музыкой сопровождал картину. В 1936 году в Мухтуе появилось звуковое кино, электричество.

В начале 30-х годов нардом стали называть клубом. В 1932 году Мухтуйская Николаевская церковь была переделана под клуб. Росписи стен то ли ободрали, то ли забелили известкой. «Царские врата» сорвали и за ними соорудили сцену. Пожилой народ в этот клуб ходить не любил, но потом пообвык. В новом клубе развернулась самодеятельность, народу в Мухтуе прибавилось».

В 1925 году в округе был проведен съезд трудящихся женщин, который ставил своей задачей поднять активность крестьянок и работниц в хозяйственном и культурном строительстве. В эти же годы в округе действовали местные организации культурно-просветительного общества «Саха омук» («Якутская нация»). Мухтуйское отделение общества возглавлял коммунист Кривошапкин. Филиалы общества ставили спектакли на якутском языке, устраивали вечера, выпускали стенгазеты.

«Это было в 1928 году, – вспоминал бывший секретарь Ленского РК ВЛКСМ С. Егоров, – вызвали меня на бюро Ленского окружного комитета партии, где было решено организовать комсомольское шефство над некоторыми деревнями округа.

После этого на бюро окружкома комсомола мы решили закрепить лучших активистов-комсомольцев за определёнными участками. В деревню Натора командировали на постоянную работу заведующим избой-читальней члена бюро комитета комсомола И. Теплых. В Нюю направили В. Индеева, за Беченчой закрепили Е. Попова.

На первых порах вся деятельность наших активистов сводилась к широкому проведению массово-разъяснительной работы среди населения о новом этапе социалистического строительства в деревне.

Тогда мы использовали все возможные формы пропаганды: выпускали стенные газеты, читали среди населения доклады, газеты, журналы, проводили беседы, ставили пьесы, организовывали вечера, концерты и т. п.

В то время комсомол вёл большую работу и по линии ликвидации неграмотности среди населения. Выдвигались из грамотных комсомольцев учителя ликбезов.

Проводимые под руководством партии нашими комсомольцами мероприятия по воспитанию и подготовке населения к новым формам ведения сельского хозяйства не пропали даром. Сначала нам удалось организовать пяти- и десятидворки, которыми охватывались середняки, бедняки и батраки. На первых порах эти десятидворки пахали совместно землю, косили и т. д. А в 1929 году, по инициативе комсомола, на базе их в деревнях Натора, Нюя и других были организованы товарищества по совместной обработке земли, которые, начиная с 1930 года, начали перерастать в колхозы».

В апреле 1928 года в помещении Мухтуйского народного дома состоялась первая демонстрация фильма. Показывал его киномеханик Иннокентий Гаврилович Рыбкин, динамо-машину для выработки электричества и света крутил Т. И. Татарченко. При партпрофклубе им. Калинина организовали драматический и шахматный кружки, юнсекцию и красный уголок.

«Первые фильмы в Витиме, вспоминает старожил Н.С.Шведов, – крутили в клубе, расположенном в старой церкви. Прямо в зале устанавливали передвижку, а мы, пацаны, крутили динамо-машину, вырабатывали ток. Вход был платным, денег у нас не было, вот мы и выстраивались в очередь, чтобы ручку крутить и при этом смотреть кино. Первые фильмы были немыми. Передвижка ездила по всем сёлам от Витима до Мухтуи, фильмы показывали в Большом и Малом Пеледуе, Крестовой, Песковой, Хамре, Терёшкино, Больших и Малых Коньках. На первых порах киномехаником работал Леонид Парыгин, а помогал ему Виктор Николаев…».

К началу организации в Мухтуе первого колхоза комсомольская организация насчитывала в своих рядах 35 юношей и девушек. Комсомольцами было организовано по округу 18 пунктов ликбеза, 20 изб-читален, они были активными помощниками в организации колхозов «Двигатель», «Дружба», «Коммунарка», «Рабочий», «Красная звезда», «Красный путь» и других. Открытие новых школ, проведение культпоходов, художественная самодеятельность, спортивная работа – во всем этом комсомольцы принимали самое активное участие.

Г. И. Мотосов, разъезжая по отдаленным урочищам района, учил грамоте молодых и старых, собирал собрания и совещания. Как один из активных представителей райисполкома и райкома ВКП(б), вел работу буквально по всем вопросам хозяйственной и культурной жизни. Странички его дневника позволяют нам заглянуть в то время, узнать и почувствовать, чем жили тогда наши прадеды и деды: «Среда, 25 декабря. Обучалось 15 человек, вечером в кружке в Арылахе 10 человек. Состоялся антирелигиозный вечер. Прибыло 40 человек, сделал информацию про рождество, провел беседу «Религия – дурман народа», затем 7 учащихся читали стихи, показали пьесу «Тар», читали материалы из газеты «Кыым» о темноте и невежестве в улусной жизни дореволюционной Якутии. После игр и плясок разошлись глубокой ночью.

Вторник, 31 декабря. Учил грамоте в Иреляхе 14 чел., в Арылахе 6 чел. Сегодня выпустили первый номер стенгазеты, которая заняла целых полстены ликпункта. Организовали громкую читку газеты. Вечером состоялось собрание жителей, где присутствовало более 70 человек. Был бесплатный буфет, целую ночь играли, веселились, под граммофон танцевали русские танцы и пляски.

Воскресенье, 5 января 1930 года. Сегодня училось 19 человек. Состоялось общее собрание жителей. Доложил итоги работы ликпункта. Собрание приняло решение считать проделанную работу хорошей. 15 учащихся получили справку об окончании ликбеза. Пройдут года, и кто знает, кем они станут, но верю, они станут настоящими людьми, активными строителями новой жизни…».

В 1936 году в Ленском леспромхозе развернулось стахановское движение, был создан райком профсоюза под председательством И. К. Татарникова. В состав комитета вошли стахановцы - И. Е. Бзыкин, Н. К. Авдеев, Е. Е. Попов, П. Д. Молотков, И. И. Ковтунов и другие. Рабочий комитет профсоюза развернул бурную деятельность в сёлах и посёлках. Строили клубы, создавали красные уголки, приобретали киноустановки, создавали передвижные библиотеки.

В 1936 году в Мухтуе впервые демонстрировалось звуковое кино. В сельском клубе – бывшем храме, лишённом комсомольцами куполов, «крутил» для мухтуйцев «живые картинки» киномеханик А. Ф. Серебренников. Сельчане с большим удовольствием и ажиотажем смотрели фильмы «Путевка в жизнь», «Чапаев» и «Тринадцатый». Обсуждали взахлеб, переживали, спорили… На тот момент в районе было две стационарные установки в самой Мухтуе и две кинопередвижки. На лошадях и оленях, по воде и пешком всеми уважаемый в районе киномеханик Андрей Фёдорович проходил с «духовной пищей» по якутским наслегам от Толона до Чамчи.

Привозил фильмы Андрей Серебренников и в Нахарский наслег, пока здесь не появилась свои передвижка и киномеханик. Первым киномехаником ещё немого кино в Беченче был Иннокентий Кугданов.

По воспоминаниям старожилов, на сцене сельского клуба в предвоенные годы популярной была декламация: читали наизусть стихи, целые главы из произведений русских и якутских писателей; ставились пьесы якутских драматургов, начал возрождаться фольклор. Люди собирались в клубе, в школе, а иногда у кого-нибудь дома, чтобы с удовольствием послушать талантливых местных олонхосутов, сказителей и скороговорщиков. Незабываемо исполнял олонхо Николай Михайлович Матвеев – НюрайНьукулай. У Николая Матвеева был прекрасный голос, и он умело, виртуозно управлял им, исполняя роли всех персонажей олонхо. Он обладал способностью чуть ли не сутками выступать перед собравшимися, делая лишь короткие передышки для принятия пищи. И, что удивительно, зрители не расходились, настолько завораживал их этот чародей-олонхосут.

Митинг 7 ноября 1938 года в Мухтуе

Вступившая в 1939 году в комсомол Татьяна Ивановна Черепанова вспоминала: «Мне было 16 лет, нашей комсомольской группе поручили организовать новогодний праздник. Директором школы тогда работал Иван Иннокентьевич Иванов, а председателем праздничной комиссии назначили нашу классную руководительницу Марию Михайловну Пшенникову. Это была первая ёлка, поэтому никто из малышей не знал, что роль Деда Мороза исполняет пионервожатый Захар Иннокентьевич Саморцев. Все думали, что Дед Мороз настоящий! Всюду горели маленькие свечи, настроение было отличное. Мы волновались, хотелось провести праздничный вечер хорошо, но - вот досада! – в конце праздника у Деда Мороза от свечки загорелся тулуп! От испуга все дети попрятались под парты, за печку, забились в углы. Огонь мы потушили, всё обошлось благополучно. И малыши так и не узнали, что Дедом Морозом был вожатый.

После окончания седьмого класса я со своими друзьями и одноклассниками поехала в Мухтую учиться на курсах учителей якутского языка и литературы…».

В 1940 году в районе действовало четыре киноустановки. 15 начальных, шесть семилетних и две средние школы посещали 2724 ученика.

Каждую неделю, по выходным, сельчан для просмотра кинофильмов приглашал Мухтуйский клуб, ставший излюбленным местом отдыха трудящихся.

Киноустановка Мухтуйского клуба приводилась в действие паровой тягой локомобиля, который работал на угле. Во время просмотра фильма установку обслуживали двое киномеханик Степан Будко и машинист локомобиля. «Трактористы», «Депутат Балтики» эти и другие фильмы кинофикаторы показывали не только в райцентре, были у них многочисленные командировки в сёла и посёлки района. Для людей каждое такое посещение было праздником.

В военные годы, несмотря на суровое время, огонёк жизни не затухал и в очагах культуры. У полуголодного и измученного работой населения была потребность отвлечься от постоянных забот. В Мухтуе регулярно давались концерты художественной самодеятельности, читались лекции, доклады, проходили вечера отдыха. Сильный коллектив за годы войны сложился в районном Доме культуры. Его костяк образовали учителя Мухтуйской школы и работники районного Совета депутатов трудящихся. На высоком уровне здесь ставились спектакли.

«Даже в такое тяжёлое время был у нас свой драмколлектив, – вспоминал бывший директор Дома культуры Степан Иванович Будко. – Ставили мы пьесы Островского «Без вины виноватые», «Не было ни гроша да вдруг алтын», «Женитьбу» Гоголя, драму «Платон Кречет» А. Корнейчука. Все спектакли ставились энтузиастами самодеятельного искусства. За режиссёра и постановщика был учитель средней школы Виталий Рыбкин, художником-декоратором – его брат Орест Рыбкин. Актёры тоже самодеятельные: Надежда Сидорова, Николай Анойкин, Виктор Маргялис и другие».

Сергей МОСКВИТИН,
депутат Районного Совета,

краевед.

 

 

Комментарии  

Татьяна
+8 #5 Татьяна 25.06.2017 16:14
Спасибо за интересные краеведческие публикации на вашем сайте. Это очень патриотично!
Цитировать
Ленчанин
+9 #4 Ленчанин 04.06.2017 11:26
Даже в тяжёлые военные времена был свой драмколлектив! А сейчас нет ничего - ни одного театрального коллектива! Никому ничего не надо, а особенно руководству, чиновникам. Никакой инициативы. Вот к чему мы пришли! Ленскую культуру опустили до уровня плинтуса!
Цитировать
Татьяна
+9 #3 Татьяна 29.05.2017 17:32
Интересно, что пожилые вначале не ходили в мухтуйский клуб - поруганный храм, а потом "пообвыкли". Наверное, очень хотелось фильмы смотреть. Для многих это было чудом. Тут, наверное, и самые религиозные старушки не выдержали. Любопытство пересилило!
Цитировать
Наталья Ткачова
+10 #2 Наталья Ткачова 26.05.2017 09:14
И фотографии уникальные.
Цитировать
Наталья Ткачова
+10 #1 Наталья Ткачова 26.05.2017 09:11
Очень интересная статья, особенно интересно было узнать про "живую газету" в Витиме.
Цитировать